Моя Арктика: живопись, стихи, песни, проза

Во время одной из редких биологических экспедиции на о.Колючин, весной 1987 года, я получил возможность выполнить несколько зарисовок берегов острова графитным карандашом и позже тушью, и что, вместе с изучением мест гнездования морских птиц, было моей основной целью. И лишь теперь создал акварель “На о.Колючин”, получившую на сайте художников ArtsInUa, в 2010 году, целую ленту положительных отзывов.

Чтобы показать стадии работы над окончательным акварельным вариантом пейзажа, я собрал соответствующие зарисовки в одном очерке. К тому же, изображений острова Колючин в интернете очень мало.

Ключевым решением для завершения произведения был “отказ” от переднего плана, высветление его, а также достижение сложного баланса оттенков снега.

Полярная станция на о.Колючин (б.,к.) * In Kolyuchin Island (pencil, 15*21 cm, 1987)

Остров Колючин (б.,к.) * Kolyuchin Island (pencil, 15*21, 1987)

На о.Колючин, эскиз (б., акварель, бамбуковое перо) * In Koliuchin Island, sketch (watercolor, bamboo reed pen, 21*30 cm, 2010)

Вид на о.Колючин и Пролив Сергиевского (б., а.) * In Koliuchin Island and the Sergievskyy Strate (watercolor, 21*30, 1987-2010)

Вообще, в том далеком 1987, автор попал на Колючин в составе чукотской экспедиции заповедника “Остров Врангеля”. (Тогда заповедник был более влиятельной структурой и мог позволить себе  проведение экспедиций на Чукотке). Толчком для проявления моей настойчивой инициативы послужило то, что по одной из смелых теорий, предложенных проф. Л.Портенко в середине XX в., толстоклювая кайра и чистик (островов Колючин и Врангеля) имели особенные фенотипические признаки. Позже, после моих изысканий на всех трех островах (Врангеля, Геральда, Колючин), эта красивая теория не подтвердилась.

Во время моего прилета на остров, на полярной станции «Колючин» работало всего несколько человек. Они настороженно отнеслись ко мне, пришельцу, но потом оттаяли, чему поспособствовало знание морзянки (фото). Некоторая молчаливость полярников была связана и с тем, что перед моим появлением станцию покинула семья – они улетели на материк. Люди грустили, и я их понимал. То здесь, то там в комнатах были разбросаны куклы, игрушки…

Но наибольшее, неизгладимое впечатление, на меня произвел эпизод, когда рассматривая огромную библиотеку кают-кампании, корешки собрания сочинений, в том числе, Иосифа Сталина, я встретил живого … Ежова. Прямо литературное совпадение. В комнату быстро вошел кто-то коренастый, крепко сложенный, и протянув руку, громко представился “Ежов”! Да, именно такой была фамилия начальника полярки – обаятельного Юрия. (Любопытно также, что повара станции звали … Джон Скрипка). Веселая полярная станция, не так ли? Позже, имена всех полярников-колючинцев, помогавших мне, я перечислил в научной публикации об острове. Интересно, что через много лет ко мне в руки попал коллекционный конверт полярной почты с автографом, видимо, Ю.Ежова (рисунок).

Конверт из коллекции автора: каше ПС "Колючин" и автограф, видимо, Ю.Ежова (замаскировано мной)

Через несколько дней, с кем-то из полярников, свободных от вахты, я отправился в поход вокруг острова, что заняло у нас целый день. Сопровождал нас красивый полярный пес, похожий на волка. Этот “волк” тоже попал в мои зарисовки и живет где-то в них, ожидая своего появления в акварелях. На восточной окраине острова, имеющей низкий берег и приморскую террасу, позволяющую взобраться наверх, было красиво и пустынно. Здесь не было никаких строений, и лишь давние следы пребывания людей, вероятно, морских зверобоев: отдельные бревна, угли костра, ещё что-то. Мне говорили, что сюда, на лежбище, иногда выходили моржи. Признаюсь, я не был в этом уверен. Может быть очень-очень давно? Ведь на лежбище всегда остаются скелеты погибших животных, их шкуры, сохраняющиеся веками и засыпаемые галькой. Ничего этого не было видно. Вот для причаливания байдар и разделки добытых морских исполинов отмель была удобным местом. Байдары, зверобои, жилища из шкур – таким мог быть здешний неолетический пейзаж. На ближайшей вершине блестело что-то яркое, и поднявшись туда, мы нашли лишь обнажение слюдянистой горной породы…

К слову, древние зверобои все же жили на западной окраине острова, там, где теперь полярная станция. (Правда, сегодня от неё остались лишь воспоминания). В одном из понижений, огражденных камнями, я нашел каменные скребки и ножи, которые тоже зарисовал. Вероятно, остров Колючин когда-то был портом, столицей древних зверобоев.

Для себя отметил, что выбор места под полярную станцию на о.Колючин – это довольно странное решение! Коренной берег Чукотки совсем рядом, всего в 15 км. Что заставило Главсевморпуть “заточить” станцию в кольце воды и льдов в те далекие 30-е годы, не знаю. Глубины или трагедия, связанная с гибелью парохода «Челюскин»? Так или иначе, в 1980-е колючинские полярники были постоянно отрезаны от цивилизации, и поэтому вид у них был какой-то забытый…

Не удивлюсь, если в наши кризисные времена станция долго находилась на “голодном пайке”, или вообще прекратила свое существование. Недавно, в подтверждение своих прогнозов, обнаружил на одном из сайтов фразу об о.Колючин, датированную 2007 годом: «…Погода стояла изумительная, и мы-таки высадились на остров Колючин. Заброшенная метеостанция произвела удручающее впечатление, разруха бывает живописной только через тысячу лет…»

В.Придатко-Долин

Дата публикации: 24.05.2010

Дата последнего обновления: 19.11.2011

Документальный рассказ «Фотообраз острова Геральд * The Herald Island Photos…» дополнен новыми иллюстрациями и расширен.

На этом сайте открыт новый информационный раздел, который будет периодически пополняться -  Люди острова*People of the Island(s), детальней. Первый, сегодняшний, очерк был посвящен поселку Ушаковский (Ушаковское).

Итак, о поселке Ушаковский, Ушаковское (Ushakovskoye – англ., Oesjakovskoje – голл.) Когда я прилетел на остров в конце августа 1978 года, здесь действовал Врангельский сельсовет, школа-интернат (4 класса), детсад и котельная, клуб-кинотеатр, контора заказника (позже, заповедника «Остров Врангеля»), стартовый, совсем скромный, природоведческий музей, для которого и я сделал несколько экспонатов, в том числе гуашь примерно 30*40 см, с изображением мамонтов, идущих куда-то на закате (она пропала), магазин (ТЗП) и подземный ледник для хранения мясопродуктов, временный кораль (для осеннего загона и забоя оленей), почта, больница, полярная станция «Бухта Роджерса» (Роджерс), аэропорт «Роджерс» (для АН-2, МИ-2, МИ-6, МИ-8) и малая авиазаправка, склад ГСМ и хранилища насыпного угля, библиотека, ДЭС и баня. В домах было электричество. (Точнее, электричество здесь было всегда, с момента появления на острове электродизелей. Даже в бухте Сомнительной или на мысе Блоссом мы всегда, когда могли, запускал «движок» , чтобы почувствовать себя людьми.  Во время навигации существовал временный причал для барж. С начала 1980-х появились и действовали: станция радиотелефонной связи, погранзастава, столовая для сотрудников заповедника и авиаэкипажей, работало телевидение, а на косе Ушакова, гидрослужбой, был восстановлен маяк. Одной из первых телепрограмм, которую увидели ушаковцы, была программа «Вид»  Вячеслава Листьева.

Долгое время пейзаж Ушаковского портила свалка – это обычная картина, почти для любого северного поселка. Но в середине 1980-х, по инициативе северян-энтузиастов, её существенно уменьшили, загрузив пустые бочки из-под ГСМ в трюмы сухогрузов, и вывезли на материк. Это была очень трудная, грязная, но нужная  работа, в которой я, и мои друзья, принимали активное участие . (Со временем, напишу о жизни в Ушаковском подробней).

Добавлю лишь, что тогда, в конце 1980-х, наш адрес был: поселок Ушаковское Шмидтовского (Мыс-Шмидтовского) района Магаданская области. В поселке проживало примерно 180 человек. Измененная, современная трактовка – это пос. Ушаковское, Иультинского района, Чукотского Автономного округа (детальней см. Википедия). Как повествует Википедия, начиная с 2003 года поселок не действует (как административная единица); он превратился в т.н. «город-призрак».  Но насколько мне известно, там все же несут вахту сотрудники заповедника, и продолжает работать полярная станция. По некоторым публикациям из Интернет, эту станцию в последние годы периодически затапливает, и поэтому, её будут перемещать, поднимать выше, видимо, на территорию бывшего пос. Ушаковское.

Очерк иллюстрирован акварелями и рисунками автора этого сайта. Подписи и детали – см. на соответствующих моих страницах «Живопись», «Графика». Сегодня цитаты из этого очерка включены в статью «Ушаковское» Википедии.

Люди острова (о.Врангеля) – это новая категория информации, которую автор намерен генерировать и накапливать на сайте, насколько это возможно, начиная с сегодняшнего дня.  Люди островов Врангеля и Геральд! Огромный историко-познавательный пласт.  Сколько же их было (людей), и еще, возможно,  будет? Некоторые из них родились на о.Врангеля, и, возможно, еще родятся. Некоторые ушли из жизни и похоронены на мысе Пролетарском, или… Специальных исследований на эту тему ожидать не приходится.  Но, отчасти, лишь отчасти, в приложении к теме Arctic-in-Art (стихи, песни, проза, живопись, и теперь уже также художественная фотография), это, в какой-то мере, возможно. Забегая вперед, скажу, что моих читателей здесь ожидает много сюрпризов!

На странице Графика*Graphics, а также  Документальное фото/Documentary Photo можно увидеть некоторые портреты и фотографии людей острова.

В.П.-Д.

См. здесь «Об исследователях берлог белог медведя…* About Polar Bear and dens searchers…»

А.Куинджи "После дождя" (1879)

2010 – это Мемориальный год Архипа Куинджи, детальней. У него есть не мало работ, шедевров, связанных с русской зимой, Севером, о чем можно прочитать на  отдельном веб-сайте.

Так случилось, что одно из моих стихотворений, посвященных современным поэтам Севера, назывется «На Севере дальнем стоит ли Куинджи сосна?» – см. в библиотеке стихотворений.

2010 is the Memory Year of Arhip Kuinji. More about the celebration and about the great Russian artist painter Arhip Kuinji.

В ленту живописи добавлена акварель «Вид на о.Колючин и Пролив Сергиевского», а в ленту графики – рисунок «Из жизни белых медведей», набросок головы ребенка, выполненный  графитным карандашом, а также рисунок с натуры «У камина…», выполненный бамбуковым пером и тушью.

Поэтесса Татьяна Эйхман прислала чудесное фото цветка для илююстрации стихотворения L’ aube, и которое я несколько обработал a Photofshop CS3.  Думаю, что после изменения фона и применения ряда фильтров, оно превратилось в отдельное художественное произведение. Неправда ли, очень красиво и душевно!

На странице документальных фото размещена лента новых фоторабот из архива автора: они об известном исследователе белых медведей – Станиславе Беликове. See my new documentary photo here; there are about the famous researcher of the Polar Bear – Stanislav Belikov.